Остров сокровищ.  Роберт Луис Стивенсон
Глава 20. СИЛЬВЕР-ПАРЛАМЕНТЕР
< Назад  |  Дальше >
Шрифт: 

Действительно, к частоколу подошли два человека. Один из них размахивал белой тряпкой, а другой - не кто иной, как сам Сильвер, - невозмутимо стоял рядом.

Было еще очень рано. Я не запомню такого холодного утра. Холод пронизывал меня до костей. Небо было ясное, сияющее, верхушки деревьев розовели в лучах восходящего солнца, но внизу, где стоял Сильвер со своим спутником, все еще была густая тень. У их ног клубился белый туман - вот беда этого острова. Этот остров - сырое, малярийное, нездоровое место.

- Все по местам! - сказал капитан. - Держу пари, что они затевают какую-то хитрость. - Затем он крикнул разбойникам: - Кто идет? Стой, или будем стрелять!

- Белый флаг! - крикнул Сильвер.

Капитан вышел на крыльцо и стал под прикрытием, чтобы предательская пуля не угрожала ему. Обернувшись к нам, он приказал:

- Отряд доктора - на вахту к бойницам! Доктор Ливси, прошу вас, займите северную стену. Джим - восточную, Грей - западную. Другой вахте - заряжать мушкеты. Живее! И будьте внимательны!

Потом снова обратился к разбойникам.

- Чего вы хотите от нас с вашим белым флагом? - крикнул он.

На этот раз ответил не Сильвер, а другой пират.

- Капитан Сильвер, сэр, хочет подняться к вам на борт, заключить с вами договор! - прокричал он.

- Капитан Сильвер? Я такого не знаю. Кто он? - спросил капитан.

Мы слышали, как он добавил вполголоса:

- Вот как! Уже капитан! Быстрое повышение в чине!

Долговязый Джон ответил сам:

- Это я, сэр. Наши несчастные ребята выбрали меня капитаном после вашего дезертирства, сэр. - Слово "дезертирство" он произнес с особым ударением. - Мы готовы вам подчиниться опять, но, конечно, на известных условиях: если вы согласитесь подписать с нами договор. А пока дайте мне честное слово, капитан Смоллетт, что вы отпустите меня отсюда живым и не начнете стрельбу, прежде чем я не отойду от частокола.

- У меня нет никакой охоты разговаривать с вами, - сказал капитан Смоллетт. - Но если вы хотите говорить со мной, ступайте сюда. Однако если вы замышляете предательство, то потом пеняйте на себя.

- Этого достаточно, капитан! - весело воскликнул Долговязый Джон. - Одного вашего слова достаточно. Я знаю, что вы джентльмен, капитан, и что на ваше слово можно вполне положиться.

Мы видели, как человек с белым флагом старался удержать Сильвера. В этом не было ничего удивительного, потому что капитан разговаривал не слишком любезно. Но Сильвер только засмеялся в ответ и хлопнул его по плечу, точно даже самая мысль об опасности представлялась ему нелепостью. Он подошел к частоколу, сначала перебросил через него свой костыль, а затем перелез и сам с необычайной быстротой и ловкостью.

Должен признаться: я так был занят всем происходящим, что забыл обязанности часового. Я покинул свой пост у восточной бойницы и стоял позади капитана, который сидел на пороге, положив локти на колени, поддерживая голову руками, и смотрел в старый железный котел, где бурлила вода и плясали песчинки. Спокойно насвистывал он себе под нос: "За мною, юноши и девы".

Сильверу было мучительно трудно взбираться по склону холма. На крутизне, среди сыпучего песка и широких пней, он со своим костылем был беспомощен, как корабль на мели. Но он мужественно и молчаливо преодолел весь путь, остановился перед капитаном и отдал ему честь с величайшим изяществом. На нем был его лучший наряд: длинный, до колен, синий кафтан со множеством медных пуговиц и сдвинутая на затылок шляпа, обшитая тонкими кружевами.

- Вот и вы, любезный, - сказал капитан, подняв голову. - Садитесь.

- Пустите меня в дом, капитан, - жалобно попросил Долговязый Джон. - В такое холодное утро, сэр, неохота сидеть на песке.

- Если бы вы, Сильвер, - сказал капитан, - предпочли остаться честным человеком, вы сидели бы теперь в своем камбузе. Сами виноваты. Либо вы мой корабельный повар - и тогда я с вами обращаюсь по-хорошему, либо вы капитан Сильвер, бунтовщик и пират, - и тогда не ждите от меня ничего, кроме виселицы.

- Ладно, ладно, капитан, - сказал повар, садясь на песок. - Только потом вам придется подать мне руку, чтобы я мог подняться... Неплохо вы тут устроились!.. А, это Джим! Доброе утро, Джим... Доктор, мое почтение! Да вы тут все в сборе, словно счастливое семейство, если разрешите так выразиться...

- К делу, любезный, - перебил капитан. - Говорите, зачем вы пришли.

- Правильно, капитан Смоллетт, - ответил Сильвер. - Дело прежде всего. Должен признаться, вы ловкую штуку выкинули сегодня ночью. Кто-то из вас умеет обращаться с ганшпугом. Кое-кто из моих людей был прямо потрясен этим делом, да не только кое-кто, но все. Я и сам, признаться, потрясен. Может быть, только из-за этого я и пришел сюда заключить договор. Но, клянусь громом, капитан, второй раз эта история вам не удастся! Мы всюду выставим часовых и уменьшим выдачу рома. Вы, верно думаете, что мы все были пьяны мертвецки? Поверьте мне, я нисколько не был пьян, я только устал, как собака. Если бы я проснулся на секунду раньше, вы бы от меня не ушли. Он еще был жив, когда я добежал до него.

- Дальше, - хладнокровно произнес капитан Смоллетт.

Все, что говорил Сильвер, было для капитана загадкой, но капитан и бровью не повел. А я, признаться, смекнул кое-что. Мне пришли на память последние слова Бена Ганна. Я понял, что ночью он пробрался в лагерь разбойников, когда они пьяные валялись вокруг костра. Мне было весело думать, что теперь в живых осталось только четырнадцать наших врагов.

- Вот в чем дело, - сказал Сильвер. - Мы хотим достать сокровища, и мы их достанем. А вы, конечно, хотите спасти свою жизнь и имеете на это полное право. Ведь у вас есть карта, не правда ли?

- Весьма возможно, - отвечал капитан.

- Я наверняка знаю, что она у вас есть, - продолжал Долговязый Джон. - И почему вы говорите со мной так сухо? Это не принесет вам пользы. Нам нужна ваша карта, вот и все, а лично вам я не желаю ни малейшего зла...

- Перестаньте, любезный, - перебил его капитан, - не на такого напали. Нам в точности известно, каковы были ваши намерения. Но это нас нисколько не тревожит, потому что руки у вас оказались коротки.

Капитан спокойно взглянул на него и стал набивать свою трубку.

- Если бы Эйб Грей... - начал Сильвер.

- Стоп! - закричал мистер Смоллетт. - Грей ничего мне не говорил, и я ни о чем его не спрашивал. Скажу больше: я с удовольствием взорвал бы на воздух и вас, и его, и весь этот дьявольский остров! Вот что я думаю обо всей вашей шайке, любезный.

Эта гневная вспышка, видимо, успокоила Сильвера. Он уже начал было сердиться, но сдержался.

- Как вам угодно, - сказал он. - Думайте, что хотите, я запрещать вам не стану... Вы, кажется, собираетесь закурить трубку, капитан. И я, если позволите, сделаю то же.

Он набил табаком свою трубку и закурил. Двое мужчин долго молча сидели, то взглядывая друг другу в лицо, то затягиваясь дымом, то нагибаясь вперед, чтобы сплюнуть. Смотреть на них было забавно, как на театральное представление.

- Вот наши условия, - сказал наконец Сильвер. - Вы нам даете карту, чтобы мы могли найти сокровища, вы перестаете подстреливать несчастных моряков и разбивать им головы, когда они спят. Если вы согласны на это, мы предлагаем вам на выбор два выхода. Выход первый: погрузив сокровища, мы позволяем вам вернуться на корабль, и я даю вам честное слово, что высажу вас где-нибудь на берег в целости. Если первый выход вам не нравится, так как многие мои матросы издавна точат на вас зубы, вот вам второй: мы оставим вас здесь, на острове. Провизию мы поделим с вами поровну, и я обещаю послать за вами первый же встречный корабль. Советую вам принять эти условия. Лучших условий вам не добиться. Надеюсь, - тут он возвысил голос, - все ваши люди тут в доме слышат мои слова, ибо сказанное одному - сказано для всех.

Капитан Смоллетт поднялся и вытряхнул пепел из своей трубки в ладонь левой руки.

- И это все? - спросил он.

- Это мое последнее слово, клянусь громом! - ответил Джон. - Если вы откажетесь, вместо меня будут говорить наши ружья.

- Отлично, - сказал капитан. - А теперь послушайте меня. Если вы все придете ко мне сюда безоружные поодиночке, я обязуюсь заковать вас в кандалы, отвезти в Англию и предать справедливому суду. Но если вы не явитесь, то помните, что зовут меня Александр Смоллетт, что я стою под этим флагом и что я всех отправлю к дьяволу. Сокровищ вам не найти. Уплыть на корабле вам не удастся: никто из вас не умеет управлять кораблем. Сражаться вы тоже не мастера: против одного Грея было пятеро ваших, и он ушел от всех. Вы крепко сели на мель, капитан Сильвер, и не скоро сойдете с нее. Это последнее доброе слово, которое вы слышите от меня. А при следующей встрече я всажу пулю вам в спину. Убирайтесь же, любезный! Поторапливайтесь!

Глаза Сильвера вспыхнули яростью. Он вытряхнул огонь из своей трубки.

- Дайте мне руку, чтобы я мог подняться! - крикнул он.

- Не дам, - сказал капитан.

- Кто даст мне руку? - проревел Сильвер.

Никто из нас не двинулся. Отвратительно ругаясь, Сильвер прополз до крыльца, ухватился за него, и только тут ему удалось подняться. Он плюнул в источник.

- Вы для меня вот как этот плевок! - крикнул он. - Через час я подогрею ваш старый блокгауз, как бочку рома. Смейтесь, разрази вас гром, смейтесь! Через час вы будете смеяться по-иному. А те из вас, кто останется в живых, позавидуют мертвым!

И, снова выругавшись, он заковылял по песку. Раза четыре принимался он перелезать через забор и падал. Наконец его перетащил человек с белым флагом, и в одну минуту они исчезли среди деревьев.